Картинка для телевизора
Государственные СМИ продолжают старательно выстраивать образ «экономики-крепости». На этой неделе главной темой эфиров стала очередная «победа» над недружественными странами: правительство одобрило принудительную продажу долей европейских компаний Wintershall и OMV в совместных газовых предприятиях. Активы переходят под контроль структур «Согаза» и «Газовых технологий», а компенсации бывшим владельцам замораживаются на спецсчетах внутри России.
Параллельно пресс-секретарь президента Дмитрий Песков привычно успокаивает аудиторию: отказ США продлевать лицензии на торговлю нефтью с российских танкеров — это якобы не сюрприз, а лишь очередные незаконные санкции, к которым Москва давно адаптировалась. Посыл федеральных каналов предельно ясен: страна суверенна, мы сами диктуем условия, а западное давление нам нипочем.
Что осталось за кадром
Однако пока зрителям демонстрируют парадный фасад, внутренняя государственная система демонстрирует пугающие прорехи. Реальная угроза российскому бюджету, как выясняется, исходит вовсе не из Вашингтона или Брюсселя, а изнутри самой системы.
В те же дни, когда чиновники с помпой делили европейские активы, стали известны детали беспрецедентной налоговой аферы. Расследования выявили сеть из 4800 фиктивных компаний, которые годами занимались махинациями с так называемым «бумажным НДС». Ущерб государству оценивается в астрономические 1,2 триллиона рублей.
Детали, о которых молчат
Самое примечательное в этой истории — кадровый состав «предпринимателей». Директорами почти двухсот фирм, через которые выводились колоссальные средства, числились более 100 человек, которые в это самое время... отбывали сроки в исправительных колониях.
Здесь же вскрывается еще один парадокс «цифрового суверенитета»: пока власти годами пугают население тлетворным влиянием Запада и грозятся изолировать российский сегмент интернета, они буквально просмотрели, как серверы этой гигантской преступной сети совершенно спокойно работали на территории Евросоюза.
Итог
Нам предлагают гордиться тем, что государство изымает доли у иностранных партнеров и пытается торговать сырьем в обход ограничений. Но настоящая состоятельность системы измеряется не умением отбирать чужое, а способностью навести элементарный порядок у себя дома.
Когда официальные лица делают вид, что санкции бессильны, в то время как из бюджета через подставных директоров-заключенных беспрепятственно утекают триллионы, возникает резонный вопрос: кого на самом деле грабят под бесконечные разговоры о национальном величии?