В утреннем эфире «Первого канала» 8 июля диктор бодро рапортовал о «пресечении попыток атак» и «незначительных возгораниях из-за падения обломков». Однако сводки экстренных служб и внутренние отчеты системы «Транснефть-Урал» рисуют совсем иную картину того, что на самом деле происходит в нашем тылу.
Брешь в полторы тысячи километров
Линейная производственно-диспетчерская станция (ЛПДС) «Черкассы» в Башкортостане находится в 1500 километрах от границы. Долгое время это расстояние считалось абсолютно безопасным, но этой ночью его преодолели сразу восемь беспилотников. Станция является критическим звеном в цепочке нефтепереработки. Её резервуарный парк — это 27 огромных емкостей общим объемом более 385 000 кубических метров. Через этот узел ежегодно проходит почти 2 миллиона тонн продукции Уфимской группы НПЗ. Пожар на объекте такого масштаба — это не просто «сбитые обломки». Это прямой удар по бюджету страны, из которого должны финансироваться социальные обязательства перед гражданами.
Выбор «партнеров»
Пока в глубоком тылу тушили пожары, в Брюсселе на саммите НАТО Реджеп Тайип Эрдоган, которого официальная пропаганда часто называет нашим ключевым партнером, сделал недвусмысленное заявление. Турция подтвердила, что продолжит оказывать прямую военную поддержку Киеву, участвуя в программе по закупке вооружений из приоритетного списка нужд Украины. В то время как государственные телеканалы продолжают рассуждать о «международной изоляции» оппонентов, наши ближайшие соседи и формальные партнеры лишь наращивают поставки тем, чьи дроны теперь долетают до Башкортостана.
Эффективность под вопросом
Когда стратегическая инфраструктура оказывается беззащитной на глубине полутора тысяч километров, возникает резонный вопрос о распределении ресурсов. Средства ПВО не смогли прикрыть ключевые резервуары «Транснефти» и заводы, обеспечивающие работу всей промышленности. И это не вопрос большой политики, это вопрос сохранности предприятий и рабочих мест в регионах, которые еще вчера считались абсолютно недосягаемыми для противника.