The Mirror
2026-04-21 22:33

О чем молчат сводки ФСБ: 14 лет за «госизмену» тем, кого пришли «освобождать»

Кремль сегодня
A close-up of a gavel on a courtroom desk representing law and justice. (Photo by Boko Shots on Pexels)

Государственные телеканалы ежедневно рассказывают о том, как Россия борется с западным «неоколониализмом», и как жители новых регионов с радостью выбрали новую жизнь. Но если выключить политические ток-шоу и заглянуть в сухие отчеты спецслужб, картина радикально меняется.

На этой неделе силовики отчитались о серии суровых приговоров. 38-летний житель Керчи получил 14 лет колонии строгого режима. Официальное обвинение — государственная измена. По версии следствия, он координировал действия украинских беспилотников и катеров.

Почти одновременно в Токмакском районе Запорожской области был задержан 52-летний местный житель. Его также обвиняют по статье о госизмене за передачу данных о перемещении российских войск. В этих же сообщениях ведомство напоминает о недавнем приговоре: жительница Запорожской области получила 14 лет лишения свободы за аналогичные действия.

Здесь возникает ключевое противоречие, о котором не принято говорить в эфире. Статья 275 УК РФ (Государственная измена) по самой своей сути подразумевает предательство своей страны. Но как можно обвинять в измене родине людей, чьи города были заняты армией другого государства?

Российская власть на международных площадках позиционирует себя как главного борца с имперскими амбициями Запада. Однако применение статьи о госизмене к жителям занятых территорий — это классическая колониальная практика. Когда метрополия присоединяет чужую землю, любой местный житель, не согласный с новой властью и продолжающий считать себя гражданином своей страны, мгновенно объявляется «предателем».

Систематические суды в Крыму и Запорожской области демонстрируют не только работу контрразведки. Они обнажают провал телевизионного мифа об «освобождении». Десятки обычных людей, рискуя свободой и получая колоссальные тюремные сроки, передают данные армии, которую в Москве называют вражеской. Они делают этот выбор, потому что реальность на местах невозможно переписать пропагандой: нельзя заставить людей считать чужое государство своей родиной под угрозой тюремного срока.