The Mirror
2026-07-01 15:59

«Национальное достояние» на мели: почему акционеры «Газпрома» снова останутся без денег

Capture of Lakhta Center skyscraper at twilight, overlooking a calm sea in St. Petersburg, Russia. (Photo by Vitali Adutskevich on Pexels)

Вчера в эфире программы «Вести» на телеканале «Россия 1» снова прозвучали оды «небывалым успехам» разворота на Восток и «непоколебимой устойчивости» «Газпрома». Однако пока с экранов транслируют картину триумфа, отчеты самой корпорации и министерские документы рисуют совершенно иную реальность для миллионов российских инвесторов.

По данным информационных агентств и профильных ведомств, правительство решило отказаться от выплаты дивидендов за 2025 год. Это не просто временная трудность, а признак системного истощения ресурсов. Глава Минфина Антон Силуанов подтвердил: ведомство изначально не закладывало поступления от «Газпрома» в проект бюджета на 2025 год.

Цифры, которые не попадают в прайм-тайм, говорят сами за себя. В 2023 году компания впервые с конца девяностых зафиксировала чистый убыток по международным стандартам в размере 629 миллиардов рублей. Это прямой итог потери самого выгодного, европейского рынка и последующего резкого роста налогового гнета. Государство фактически изымает средства через специальные надбавки к налогу на добычу полезных ископаемых, чтобы закрыть дыры в казне, оставляя ни с чем рядовых граждан, доверивших компании свои сбережения.

Последствия такой политики наглядно видны на Московской бирже. После 2022 года, когда были выплачены рекордные 1,2 триллиона рублей промежуточных дивидендов, стоимость акций перешла к затяжному падению. К 2024 году котировки «Газпрома» рухнули до уровней 2013 года, фактически обесценив вложения долгосрочных инвесторов более чем на 30%.

Когда официальные лица рассуждают о «стабильности», они предпочитают не упоминать, что холдинг вынужден набирать новые долги для покрытия текущих нужд, так как свободный денежный поток остается критически низким. Цену за нынешний политический курс платят не телеведущие, а обычные люди. «Национальное достояние» превратилось в донора, которого эксплуатируют до предела, игнорируя интересы тех, кто верил в его надежность.