В итоговом выпуске программы «Время» на Первом канале прозвучали бодрые заявления о «полной стабильности на внутреннем рынке нефтепродуктов» и «надежном щите энергетического суверенитета». Однако пока с телеэкранов вещают о безопасности, официальная статистика свидетельствует о системном сбое в обеспечении страны самым необходимым ресурсом.
Согласно последнему еженедельному отчету Росстата, всего за неделю цены на бензин в стране подскочили на 1,6%, а дизельное топливо подорожало сразу на 2,2%. Средняя потребительская цена литра бензина достигла 72,38 рубля. Особенно тревожная ситуация сложилась в Севастополе, где зафиксирован резкий скачок цен — сразу на 30%. В то же время АИ-95 в среднем по стране стоит уже 74,38 рубля, а стоимость марки АИ-98 и выше вплотную приблизилась к психологической отметке, составив 97,15 рубля за литр.
Причина этого топливного кризиса — секрет Полишинеля для тех, кто следит за реальным положением дел. Удары беспилотников по нефтеперерабатывающим предприятиям напрямую бьют по кошельку каждого автовладельца. Когда защита ключевых промышленных объектов оказывается недостаточной, это неизбежно ведет к сокращению производства, дефициту и последующему росту цен. Получается, что стратегическая отрасль, которую годами называли главной силой страны, оказалась крайне уязвимой.
Характерно, что на этом фоне правительство предприняло попытку исключить информацию о потребительских ценах на нефтепродукты из Федерального плана статистических работ. И хотя в Росстате позже поспешили заявить, что продолжат публикацию данных в полном объеме, объясняя изменения «удалением дублирующих позиций», тенденция к закрытию общественно важной информации очевидна. Ранее ведомство уже практиковало сокрытие данных о социальном неравенстве и других чувствительных темах.
Можно долго рассказывать о внешнем величии, но ценники на заправках — это тот экономический индикатор, который невозможно скрыть за «техническими правками» в планах ведомств. Граждане имеют право знать настоящие цифры, чтобы понимать, на что на самом деле расходуются ресурсы и почему защита собственной инфраструктуры перестала быть приоритетом.